* * *

      Кинь в этот ветер пару строк, отпусти, как отпускают птиц с ладони. Ветер - порывистый, строгий, холодный - будет твоим почтальоном, я знаю. Легким призраком воспоминания отразись утром в моем зеркале, пусть даже спросонья - я хочу увидеть тебя раньше, чем себя. Осознать, что ты - есть, раньше, чем - есть... И, обрадовавшись найденному решению, расписать, чему равны игрек и икс нашем уравнении - наконец...
 
 

* * *

      Связи нет. Нет связи. Бессвязные высказывания неба бредом горячечным рисуют разводы на серых стенах зданий. Все, что мы можем дать этому проклятому, старому, закопченному злопыхателями небу - все наши надежды, проклятия, молитвы, мольбы - бессвязны. Короткие и частые гудки...
 
 

* * *

      А что я могу тебе ответить? Я не могу отвечать за чужие мысли. Я, вообще, что-нибудь могу? Разве что задавать тебе вопросы, расчерчивая ими свою непутевую жизнь: клетки, в которых заключена я... Вопрос, оставленный без ответа- мир под стеклом, сумасшедший мир, заключенный в стеклянный шар - вихрь вопросов снежинками кружит - сумасшедший мир...
 
 

* * *

      Ясное солнышко, легкий ветерок, и, в общем, погода благоприятствует. Чему только?
 
 

* * *

      Ручкой "Паркер" с золотым пером писать не столько удобно, сколько гордо, жалко, и умеренно расточительно.
 
 

* * *

      Она не умеет говорить по-английски. Но как по-английски она уходит!